Цена угля

Что остаётся после цены

8 ноября 2020 года, до событий 20 ноября, я приехала на породный отвал возле посёлка Апанас в Кузбассе. Мы снимали его для фильма «Чёрный снег». Уже тогда задача была ясной: показать, какие последствия оставляет угледобыча.

Я была в шоке от масштабов катастрофы, от размеров отвала.

Фотографии и видео сохранили огромный искусственный объект и состояние его поверхности в момент съёмки. Позднее масштаб, который меня поразил, удалось сопоставить с документами.

В опубликованном государственном перечне объект назван «горящим отвалом отработанной породы». Его объём — 26 435 479 кубических метров, площадь — 818 096 квадратных метров, или 81,8096 гектара. До посёлка Апанас — около 800 метров. Отход обозначен как вскрышная порода. Земля — сельскохозяйственного назначения, государственная собственность на неё не разграничена.¹

Документы по отвалу я начала собирать ещё после съёмок 2020 года. Часть материалов удалось найти тогда, но исследование осталось незавершённым. Вернуться к нему получилось только спустя несколько лет. В 2026 году мы продолжили эту работу вместе с Виктором Андреевичем и Сергеем Николаевичем — уже через контракты, архивы, судебные материалы и научные публикации. Теперь к прежнему вопросу — что осталось после добычи — добавился новый: сколько это стоит и кому приходит счёт спустя годы.

Цена угля известна в момент продажи. Но где в ней находятся расходы на объект, который остаётся после того, как уголь уже добыт и использован? Кто оплачивает тушение, инженерную безопасность, рекультивацию и наблюдение, если первоначального предприятия больше нет? И можно ли вообще сложить все последствия в одну денежную колонку?

Апанасский отвал оказался материальным способом проследить этот счёт во времени. Уголь покинул место добычи. 26,4 миллиона кубических метров породы остались.

Первая строка счёта: сама гора

Разрез «Листвянский», с которым государственный перечень связывает отвал, начал работать в 1955 году. Его проектная мощность при вводе составляла 300 тысяч тонн угля в год.²

При открытой добыче сначала перемещают породы, закрывающие угольный пласт. Уголь становится продукцией, а вскрышная порода — физическим остатком производства. Она не исчезает после продажи угля. Ей требуется территория, устойчивые откосы, водоотвод, контроль нагрева, а иногда тушение и многолетнее наблюдение.

О преобразовании земель «Листвянским» писали ещё в 1969 году. Тогда за разрезом числилось 1 577 гектаров горных выработок, а ежегодно для развития предприятия изымалось более ста гектаров сельскохозяйственных и лесных земель. На одном из отвалов проводили опытный посев сосны.³

Эти 1 577 гектаров относятся ко всей территории горных выработок предприятия, а не к нынешнему объекту у Апанаса. Координатной связи между современным отвалом и опытным участком, где в 1964 году сеяли сосну, источник не даёт.

Но документ подтверждает физическую основу будущего счёта: добыча угля занимала и меняла земли, а рекультивация требовалась уже в первые десятилетия работы разреза.

Я попыталась продолжить расчёт: если известны 26,4 миллиона кубометров породы, сколько угля было добыто при её образовании? Ответа в документах не оказалось. Для честного подсчёта нужны паспорт конкретного отвала, маркшейдерские формы и годовые данные по добыче и вскрыше. Найденные коэффициенты нельзя без доказательства распространить на весь исторический массив.

Поэтому первой точной цены на тонну здесь не будет. Зато появился важный результат: даже физическую связь между проданным углём и оставленной породой спустя десятилетия трудно восстановить в цифрах. Тело отвала измерено. Количество соответствующего ему угля — нет.

Вторая строка: время предприятия и время отвала

У предприятия и физического объекта оказались разные сроки жизни.

8 августа 2000 года акционеры ОАО «Разрез Листвянский» приняли решение о добровольной ликвидации. 13 сентября 2002 года предприятие признали банкротом. 29 сентября 2004 года оно было ликвидировано по решению суда.²

Производство вокруг не остановилось одновременно с ликвидацией предприятия. Судебный документ подтверждает перевод работника из «Листвянского» в ООО «Разрез Камышанский» с 1 декабря 2000 года.⁴ Экологическая статистика того времени, доступная сейчас во вторичной копии, сообщала о передаче «Камышанскому» основных производственных источников ликвидируемого разреза.⁵ Состав переданных активов в ней не раскрыт.

Отдельно двигались права на недра. ООО «Сибэнергоуголь» фигурирует в истории лицензии КЕМ 00936 ТЭ на Ананьинский геологический участок. В ноябре 2003 года ЗАО «Разрез Тагарышский» выиграло аукцион на участок «Апанасовский». Деловая пресса того времени сообщала о платеже 25,2 миллиона рублей за право пользования и о планах нового добывающего предприятия.⁶

Позднее лицензии и добычные активы появлялись у нового ООО «Разрез Листвянский», ООО «Разрез Бунгурский-Северный» и ООО «Разрез Апанасовский». Переоформление современной лицензии между двумя последними компаниями подтверждено судебными материалами.⁷

Изучая эту цепочку, я сначала искала одного правопреемника. Документы показали другую конструкцию. Работники и действующие производственные источники, права на разные участки недр, земельные отношения и ликвидационные мероприятия разошлись по нескольким направлениям.

Лицензия на недра, право на землю и физический отвал — разные юридические объекты. Поэтому переход права добывать уголь сам по себе не прослеживает судьбу старого отвала и обязанности по его ликвидации.

В государственной карточке перечисляются компании, связанные с лицензионной историей территории. Но там же зафиксировано, что районная администрация не располагала сведениями о том, какое юридическое лицо последним эксплуатировало сам отвал.¹

Это информационный разрыв, а не доказательство отсутствия ответственности. Право добывать и движение производственных активов прослеживаются лучше, чем судьба обязанности по старому отвалу.

Государственная программа ликвидации «Листвянского» существовала отдельно. Отраслевой журнал сообщал, что к 1 октября 2008 года финансирование мероприятий на разрезе прекратилось.⁸ О завершении всех необходимых работ именно на старом отвале публикация не говорит; акта о его безопасном состоянии и ответственном лице в открытых материалах я не нашла.

А старые отвалы продолжали появляться в документах. В монографии 2013 года исследователи описывали почвенное картирование небольшого участка «Ананьинского отвала».⁹ В 2015 году журнал «Уголь Кузбасса» писал уже о «старых ананьинских отвалах» и показывал фотографии самозарастания и рекультивации.¹⁰

Эти публикации ещё не позволяют соединить каждый старый Ананьинский отвал с одним официальным контуром площадью 81,8096 гектара. Но временная последовательность видна: предприятие исчезло как юридическое лицо, отвальное наследство территории осталось.

В 2020 году счёт стал денежным

К моменту нашей ноябрьской съёмки из-за отвала уже вводили режим чрезвычайной ситуации: это произошло 14 апреля 2020 года. Региональные власти говорили о необходимости не допустить распространения пожара к посёлку и лесу.¹¹

На массиве ограничили доступ. Специалисты бурили скважины и контролировали газовую обстановку. Проект первого этапа готовил Научно-исследовательский институт горноспасательного дела.¹²

В августе муниципалитет заключил контракт на ликвидацию очагов самонагревания. Подрядчиком стало ООО «СИБСТРОЙ». В сентябре был заключён отдельный контракт на строительный контроль.¹³¹⁴

К концу года на объекте появились водовод, линия электропередачи, отстойники, водоотводная канава и подъездная дорога. На пятом блоке провели пробное охлаждение.¹⁵ Это уже не абстрактный экологический ущерб, а техника, вода, электроэнергия, рабочее время и бюджетный контракт.

Наша ноябрьская съёмка состоялась 8 ноября, до событий 20 ноября. В тот день жители сообщили о хлопках и буром облаке, а районные службы ГО и ЧС после осмотра — о проседании породы над выгоревшим участком пятого блока с южной стороны.¹⁶ Причину хлопков найденные документы не устанавливают, поэтому я не называю это событие взрывом.

Первый этап не решил задачу целиком. В июле 2021 года районная администрация прямо разъяснила: выполненный проект был направлен на тушение очагов, а для ликвидации всего отвала нужны новый проект и дополнительное финансирование.¹⁷ В том же году министр угольной промышленности Кузбасса продолжал говорить об очагах самонагревания на отвале ликвидированного «Листвянского».¹⁸

К этой документальной линии добавился спутниковый след. Для исследования мы отобрали ясные зимние и ранневесенние сцены Landsat 8 и 9 и сравнили температуру поверхности в центральной части предварительно локализованного массива с соседней нарушенной горными работами территорией. В одиннадцати проверенных сценах 2016–2025 годов центральная точка была примерно на 6,7–10,4 градуса теплее контрольной. На зимних картах 2016, 2022 и 2024 годов более тёплые зоны повторяются в сходных частях вытянутого массива.³⁸

Анализ показывает устойчивую локальную аномалию температуры поверхности, а не температуру внутреннего очага. Разрешение продукта — около 30 метров, и один пиксель может включать снег, открытую породу и нагретую поверхность. Повторяемость аномалии согласуется с документами и наблюдениями о длительной тепловой активности, но её причину и точные границы могут установить только наземные обследования.

Landsat · температура поверхности

15.02.2016 31.01.2022 28.01.2024

Та часть счёта, которую удалось сложить

Продолжая исследование в 2026 году, я стала искать не только объявленные суммы, но и контракты, по которым можно проследить выполненные работы и публичные расходы.

Первые две суммы содержатся в реестрах исполненных контрактов.¹³¹⁴ Третья подтверждается реестром следующего муниципального контракта и региональной бюджетной отчётностью.¹⁹

В июле 2020 года сообщалось о выделении из областного резервного фонда 40 848 760 рублей.²⁰ Я не прибавляю эту цифру к таблице: объявленное финансирование и оплаченные в его рамках контракты могут быть одними и теми же деньгами. Проверенные выплаты 2020 года составили 37 788 182,07 рубля.

Новый контракт 2023 года должен был привести к более полному решению. В него входили инженерные изыскания за 12 871 603,80 рубля и проектная документация за 43 115 655,87 рубля. Техническое задание предусматривало газовую, тепловую и георадарную съёмку, оценку прежнего тушения, выбор способа ликвидации самонагревания, техническую и биологическую рекультивацию, смету и программу последующего мониторинга.¹⁹

До стадии законченной проектной документации эта работа не дошла. Судебные материалы подтверждают, что два этапа инженерных изысканий были выполнены и приняты; они же фиксируют реальные платежи внутри субподрядной цепочки. Но конечный проектный результат достигнут не был, положительного заключения государственной экспертизы получить не удалось, а муниципальный контракт впоследствии расторгли по соглашению сторон.²¹ Поэтому проектную позицию на 43 115 655,87 рубля я не считаю уже понесённым публичным расходом.

Так получились 50,66 миллиона рублей. Не менее этой суммы публичных расходов удалось документально проследить. В неё входят найденные работы, но не полная ликвидация и рекультивация отвала, не оценка экологического ущерба и не вся цена последствий добычи угля.

Цифра важна ещё и своим местом во времени. Первоначальное предприятие окончательно ликвидировали в 2004 году. Деньги на противопожарные работы понадобились через шестнадцать лет. Затем потребовались новые изыскания. Счёт появился после того, как производственный период закончился.

На 50,66 миллиона он не закончился. В феврале 2024 года Росприроднадзор утвердил федеральный график обследования объектов накопленного вреда.²² Связь конкретной строки его приложения с Апанасом независимо подтвердить не удалось, поэтому главным объектным документом здесь служит постановление Правительства Кузбасса от 28 февраля 2025 года. В нём перечислены восемь земельных участков, переведённых в земли промышленности и иного специального назначения с прямо названной целью: «размещение отвала горящих горных пород в районе п. Апанас».²³ Ранее существовавший участок 42:09:0000000:1660 в эту восьмёрку не входит. Решение о земле показывает продолжение подготовки, но не окончательную ликвидацию объекта.

Счёт состоит не только из денег

Когда говорят о стоимости старого отвала, легко представить одну смету: приехала техника, потушила пожар, выровняла склон, посадила деревья. В действительности это несколько разных задач.

Сначала нужно определить границы и глубину очагов. Затем прекратить горение. После этого обеспечить устойчивость массива: внутри могут существовать трещины, прогретые зоны и выгоревшие полости. Техническая рекультивация создаёт безопасный рельеф, изолирующие слои и водоотвод. Биологическая — растительный покров. Последующий мониторинг должен показать, не возвращается ли нагрев и устойчив ли результат.

Даже этот перечень ещё не равен восстановлению прежней экосистемы.

Почему внутреннее состояние нельзя оценить по внешнему виду, показывают исследования других кузбасских породных отвалов. На одном обезличенном объекте учёные пробурили пятнадцать скважин глубиной 2,5 метра. При нулевой температуре воздуха поверхность была прогрета до плюс 5–14 градусов, а на глубине полметра измерения составляли от плюс 35 до плюс 433 градусов. В скважинах исследовали метан, угарный газ, диоксид серы, сероводород и кислород.²⁴

Это не данные Апанаса. Они объясняют механизм скрытого горения, но не доказывают, что внутри этого отвала были такие же температуры или концентрации.

В другом кузбасском исследовании наблюдения продолжались с 2020 по 2023 год. На одном полигоне температура в скважине на глубине 2,5 метра доходила до 500 градусов, тогда как соседние точки развивались иначе.²⁵ Отвал неоднороден. Посадить растительность над таким объектом недостаточно, если глубинные процессы не прекращены.

Рекультивация способна давать результат: сосновые посадки на кузбасских отвалах накапливают биомассу и возобновляются.²⁶²⁷ Вместе с тем искусственное насаждение и через десятилетия может отличаться от естественной территории состоянием травяного покрова и почвообразования, а внутренний пожар способен снова нарушить развитие.²⁸

Поэтому у счёта есть несколько строк:

• обследование и проектирование;
• тушение;
• геотехническая безопасность;
• техническая рекультивация;
• биологическая рекультивация;
• многолетний мониторинг;
• время восстановления экологических функций.

Для Апанаса документально посчитана только часть первых строк. Медицинские и социальные последствия я сюда не добавляю: для них потребовалась бы отдельная причинная доказательная цепочка.

Сколько стоит потерянное время

До добычи территория не была пустой. Источник 1969 года говорит о лесных и сельскохозяйственных землях, занятых разрезом.³ Для южной части Кузнецкой котловины характерна мозаика берёзово-осиновых лесов, лугов и сельскохозяйственных участков, местами с сосной и лиственницей.²⁹³⁰

Мы не знаем, какая доля нынешнего официального контура была покрыта лесом. Поэтому я не называю её нетронутой тайгой и не пытаюсь назначить утраченному лесу точную цену.

Вместо этого я попробовала посчитать время.

После окончательной ликвидации первоначального предприятия в 2004 году до 2026 года прошло 22 года. Если брать начало работы разреза в 1955 году, для самых ранних нарушенных участков получается предельный период 71 год. Но отвал формировался не обязательно сразу и не обязательно на всей площади одновременно.

Расчёт выполнен для разных долей возможного прежнего лесного покрова:

площадь объекта × предполагаемая доля леса × продолжительность нарушения.

В самом крайнем сценарии — если считать лесом все 81,8096 гектара и применять ко всей площади 71 год — получается 5 808 гектаро-лет.

Это наглядный верхний сценарий, а не установленный экологический ущерб или денежная оценка: он упрощает поэтапное формирование отвала, мозаичность прежней территории и частичное зарастание поверхности.

Но гектаро-годы делают видимым то, чего нет в обычной смете. Даже если территорию удастся безопасно рекультивировать в будущем, нельзя задним числом вернуть годы, когда её функции отсутствовали или были изменены.

Я пыталась перевести этот разрыв и в деньги. Международные оценки лесных экосистемных услуг существуют, но их разброс слишком велик, а перенос одной средней ставки на Апанас создал бы впечатление точности, которой у нас нет. Нельзя честно сложить в один столбец древесину, углерод, воду, почву, биоразнообразие и время, если локальные данные отсутствуют и показатели пересекаются.

Это не значит, что таких последствий нет. Это значит, что не вся существующая стоимость превращается в надёжную цифру.

Как оплачивают старое угольное наследство

Другие объекты нужны здесь не как международная панорама, а как проверка самого механизма.

В Ростовской области Минэнерго России заказало тушение горящего породного отвала №13-бис бывшей шахты «Аютинская». Начальная цена закупки составляла около 190,57 миллиона рублей, цена заключённого контракта — около 189,62 миллиона.³¹ Это цена договора, а не установленная нами фактическая выплата. Сам контракт показывает, что спустя годы после работы угольного предприятия государство заказывает дорогостоящие работы с оставшимся породным отвалом. Сравнивать эту цену с Апанасом напрямую нельзя: различаются объёмы, состояние и технологии объектов.

В Киселёвске история «Южного поля» шахты №12 показывает другую сторону длительного счёта — рекультивация сама требует проекта, денег, времени, контроля и приёмки результата. Существовала проектная и документальная линия рекультивации Южного и Северного полей. Предприятие сообщало о рекультивации отработанных отвалов Южного поля. В 2021 году министр угольной промышленности Кузбасса говорил о зафиксированных очагах самонагревания породного отвала на участке открытых горных работ «Южное поле» и об их ликвидации по прошедшему экспертизы проекту за счёт действующего предприятия. Позднее продолжался биологический этап: компания сообщала об озеленении 68 гектаров. В 2024 году предприятие предложило муниципалитету принять два участка с породными отвалами как рекультивированные, однако после обследования КУМИ выявил несоответствия требованиям и отказался их принимать; затем принимались решения об устранении нарушений.³²

Открытые материалы не замыкают в один пространственный контур очаг самонагревания 2021 года, все 68 гектаров биологического этапа и оба участка, предложенные муниципалитету. Поэтому история не сводится к формуле «рекультивировали — снова загорелось». Она показывает другое: слово «рекультивирован» само по себе не завершает историю породного массива. Нужны технические и биологические работы, контроль, приёмка, устранение недостатков и наблюдение за тем, прекратились ли процессы внутри отвала.

В Эренфелде, штат Пенсильвания, на территории около 33,3 гектара переместили примерно 2,64 миллиона кубометров отвальной массы, разместили её в соседнем карьере, уплотнили, покрыли грунтом и озеленили. Проект стоил 34,526 миллиона долларов. Первоначальный вариант превышал 98 миллионов, но близкое место размещения позволило изменить решение.³³³⁴ Пересчитывать эту стоимость на Апанас пропорционально площади было бы неверно: итог зависит от объёма, глубины очага, расстояния перевозки и доступной технологии.

В США часть расходов на заброшенные шахты финансируется сбором с действующей добычи угля вместе с бюджетными ассигнованиями.³⁵ В Германии наследием буроугольной промышленности бывшей ГДР управляет государственная LMBV при совместном финансировании федерации и земель.³⁶

Здесь нет простой границы между «платит компания» и «платит общество». Разные страны создают разные способы распределить поздний счёт — через отраслевой сбор, специальную государственную структуру или обычный бюджет. Но сам счёт от этого не исчезает.

Так был ли уголь дешёвым?

В 2020 году я приехала на Апанасский отвал, чтобы показать последствия добычи, а после съёмок начала собирать документы. Вернуться к незавершённому исследованию удалось спустя несколько лет. В 2026-м мы попытались понять, из чего складывается стоимость этих последствий.

Одной итоговой цифры не получилось.

Я не смогла установить точное количество угля, соответствующее 26,4 миллиона кубометров породы. У нас нет полного финансового результата предприятий от этого угля. Нет завершённого и прошедшего экспертизу проекта полной ликвидации. Неизвестны будущая стоимость рекультивации и мониторинга. Нельзя честно перевести верхний сценарий гектаро-лет в рубли. Медицинский ущерб в рамках этого исследования не оценивался.

Но отсутствие одной окончательной суммы не вернуло исследование к нулю.

Удалось увидеть несколько разных частей счёта. Одна существует физически — миллионы кубометров породы и десятки гектаров изменённой земли. Другая уже выражена в деньгах — не менее 50,66 миллиона рублей публичных расходов. Третья относится к будущему — полная ликвидация, рекультивация и мониторинг. Четвёртая измеряется временем, которое невозможно восстановить задним числом.

Рыночная цена угля и полная стоимость последствий его добычи оказались не одним и тем же показателем.

Исследование не устанавливает, что кто-либо намеренно оставил этот счёт государству. Оно отвечает не на вопрос о намерении, а на вопрос о результате. Уголь добывали тогда. Первоначальное предприятие перестало существовать в 2004 году. Горение потребовало бюджетных работ в 2020-м. Новые изыскания оплачивались ещё позже. Полная стоимость решения проблемы до сих пор неизвестна.

Поэтому дешёвым оказался не обязательно сам уголь. Дешёвой выглядит та часть его истории, которую посчитали к моменту продажи. Всё остальное может появиться в других документах, бюджетах и десятилетиях — уже после того, как энергия получена и экономический результат распределён.

Шесть лет назад камера могла показать размеры оставленного объекта. Сегодня документы позволяют увидеть лишь часть пришедшего следом счёта. Другую часть ещё предстоит оплачивать или хотя бы научиться честно считать. А время, в течение которого территория остаётся изменённой, вернуть невозможно.

Этот счёт можно отложить. Но физический объект от этого не исчезает.